Архивы: Юмор

Прогулка по Коптево

Прогулялась по Коптево, пофоткала разные вещи. Решила нарисовать хуманизации каких-то отдельных странных штук. Встречайте: Сосулька, Домище, Шарик и Балкон!

Сосулька

 

Домище

 

Шарик

 

Балкон

 

«Шарики за ролики у тебя не зайдут?..»

Как вы думаете, кто такой роллер?
Правильно, — человек, у которого есть ролики и который иногда достаёт их из пыльного шкафа и отчаянно использует для катания. Не больше и не меньше.


Я всё ещё не разрешила свои проблемы с документами в универчике, который покидаю (пытаюсь покинуть; это место не желает меня отпускать, вцепляясь в меня всеми своими бумажкократическими лапами). Ну, тот самый универчик — у него на одном боку нарисован синий Вернадский, а на другом — жёлтый Выготский.
С собой в метро взяла ролики. Погода-то отличная, покатаюсь на обратном пути. И угораздило меня написать обо всём этом одному хорошему чуваку. И подкинули мне интересную мысль. И вот я её уже приняла всей душой. Потому что у меня нету своего мнения, конечно же!


Ну и Оно началось. Оно — моё путешествие от Юго-Западной и до Сходненской. Пересечь Москву с одного краешка на другой. Забегая… заезжая вперёд, скажу: роликов не снимала, общественным транспортом, гугл-картами не пользовалась. Только компасом один раз, ну и круглой картой возле станции Смоленской. Ай да молодец.
Камера моего телефона всё ещё бунтует.
А начинается путь, конечно, от МПГУшечки, парка Никулино, станции метро Юго-Западной — и местной достопримечательности: Площади Трёх Фастфудов. Не-а, они расположены совсем не так, как на моей картинке, но поверьте: всякий студент или другой завсегдатай Южки знает их наизусть. Фастфудами не соблазнилась. Я была верна своей свеженькой и сочной шаурме (ребята, она продаётся на углу торгового центра Альмирал, отменная точка).


Обнимая шаурму, ехала по проспекту Вернадского. Если честно, я там вдруг подумала, что всё, этого хватит.
Наивная.
Проспект, проспект, проспект… потом он кончился, я купила себе яблоко в какой-то палатке на метро Университет. И начала встречать памятники. Встречая памятники, читала про тех, кому они поставлены. Всё просто. Джавахарлал Неру, потом Симон Боливар, потом академик Александр Прохоров. Потом — Юрий Гагарин. Потом памятники кончились, а с ними — мой исторический экскурс. Но путь продолжался.
Выбралась-поблуждала…
Андреевский мост был отважно покорён, и я принялась спускаться по ступенькам. Я вообще много спускалась-поднималась по ступенькам, а ещё ехала по плитке. Вы должны понимать, что для роллера это кошмар. Особенно для роллера с одним разболтанным дребезжащим колёсиком.
Внизу, на Лужнецкой набережной, нашла крошечный магазинчик с едой, где и купила себе воду в пластиковой бутылке. Я размахивала этой бутылкой как могла. Я наслаждалась. Я тормозила об светофоры бутылкой. Теперь мне было больше не нужно обнимать столбы. Бутылка хрустела, прижимаемая к столбам моим весом, помноженным на мою скорость, и бутылка эта нравилась мне всё более.


Посмотрела на проезжающую по Андреевскому мосту «Ласточку». Посмотрела на пароходик на Москве-реке. Посмотрела вперёд и решила продолжать путь. Там была разграничена дорожка: пешеходы/велосипеды и прочая колёсная братия. И я немного размышляла, к кому себя отнести; а потом решила, что просто буду объезжать немногочисленных людей, которые выбирали дорожки крайне беспорядочно.
Дальше — по Садовому кольцу. «Александра, Александра, этот город наш с тобою…» Ыыы, о чём это я. Ну, впрочем, в голове у меня крутились ровно четыре песни, и эта — одна из них.
На Смоленской я взглянула на местную карту и достала компас.
Все качели на площади с памятником Маяковскому были заняты.
А потом я выехала на почти уже родную Тверскую-Ямскую.
А потом на Ленинградку.
А потом я упала.
Да-да, упала! и жаль, что вы этого не видели: меня так перевернуло и занесло, что любой акробат позавидует. В брюках и в моей коже прибавилось дырок ровно на две штуки.
Поэтому я повязала шарфик на ногу.


На метро Сокол чувак-иностранец спрашивал у меня дорогу до метро, и я надеюсь, что сориентировала его удачно.


А дальше я дорогу знаю так хорошо, что даже рассказывать неинтересно. Кто захочет — сам взглянет на карту, которую я прикрепляю к посту здо-о-о-ровенным документом. Кому лень открывать и интересоваться — вот траектория на карте Москвы.


В общем, мне было классненько.

(а так хотелось тут сделать инфографику…)

 

 

Бросайте!

Бросайте в воздух ваши шапки,

Бросайте в воздух ваши тапки,

Подкиньте в воздух всю одежду,

Пускай летит, как парашют.

Бросайте книги и журналы,

Бросайте всё, чего вам мало,

Бросайте дорогие вещи,

Бросайте ваш разбор да суд!

Бросайте в воздух ваши кепки,

Мячи, летучие тарелки,

Бросайте в воздух ваши деньги,

Бросайте вашу лесть и ложь.

Бросайте в воздух ваши крики,

Бросайте тех, кого великим

Считает мир: у них не лики,

Они – всего-то куча рож!

Бросайте нелюбимых женщин,

Бросайте сны, слова и вещи,

Бросайте мусор ваш ценнейший,

Бросайте в воздух вашу страсть.

Бросайте пистолет и саблю,

Конечно же, курить бросайте,

Бросайте всё, чего желали,

Чтобы оно могло упасть.

Когда всё бросите, что было

(Веревку тоже, вместе с мылом,

Пусть без вещей вам жизнь постыла),

Бросайте вверх самих себя!

Бросайте – и не упадёте,

Взлетите вверх, к своей свободе,

К полётам каждый в мире годен,

Когда не держат якоря.

ЧЕЛОВЕК-САМОЛЁТИК И ЗИМОСЕНЬ

Что это? Локальная машина времени? Зимосень? Битва яркого и белого?
Как бы там ни было, Человек-Самолетик весьма и весьма доволен таким положением вещей 🙂

 

Не знаю, как я попала туда, может, это наш непутевый техник пытался приблизить новый год или сделать машину времени и снова накосячил, но хорошо, что при мне оказались теплые наушники и рюкзак с фотоаппаратом!
где я?

 

Кругом было очень красиво! Все пронизывал свет, и всюду лежал снег. Кстати, мокрый! Я даже зарядила снежком в осину. От радости хотелось прыгнуть выше самых высоких деревьев!
DSC_0638

 

Я прыгнула, но не допрыгнула 🙂
прыжок!

 

Странные грибочки на дереве очень красивые. А ветки – подпиленные.
грибы на дереве

 

Изумрудная трава под белым снегом – что может быть лучше??
DSC_0614

Только золотые листья под ним же!

DSC_0627

 

Я определенно попала в сказку. Дома напоминали замки, а деревья стали зачарованной рощей.
DSC_0617
DSC_0639

Очень скоро мне встретился и первый из сказочных обитателей – Пень с шикарным афро! Я спросила его, считает ли он себя модным. Он многозначительно промолчал 🙂

пень носит афро!

DSC_0597

 

 

Мне до безумия понравилось, что эти белые декоративные цветы занесены еще более белым снегом.
DSC_0600

 

Следующий сказочный обитатель – Оранжевый Листочек – показался мне одиноким 🙁

DSC_0635

 

Я нашла светящийся куст! И тоже весь в снегу.
светящийся куст
Или..?
голуби и Куст

 

Да, я оказалась там в удачное время! Хотя сыпал снег, можно было ощутить тепло солнца. Мой фотоаппарат, похоже, нацепил темные очки 😉

DSC_0634

Еще немножко заснеженной красоты!

DSC_0605

DSC_0601

DSC_0626

DSC_0621

DSC_0643

 

Фото в прыжке! Забор я не перепрыгнула, но незачем – второй раз за день идти в школу, еще и в чужую, в пятницу что-то не тянет
DSC_0611

 

Такие ветки я отряхивала всю дорогу! Но эту, если честно, не стала.
ветка со снегом

 

И как же без фото с самолетиком!

самолетик в небе

 

 

Это была чудесная прогулка 🙂 Спасибо за внимание! Если хотите поставить оригиналы без рисунков на обои, или не хватает разрешения остальных фото – пишите в комментариях, я обязательно скину.

Гимн Оладьям, Прекрасным и Восхитительно Ароматным

Иногда ты – пыль в золотой пустоте,

И твой ум ни к чему не причастен.

Невозможно жить, раз не можешь лететь;

Раз нет тайн, то нельзя разгадать их.

Иногда уныл молчаливый вопрос,

Иногда ты брошен на волны.

Ты решаешь проблемы цепей и свобод –

И уже засыпаешь невольно.

Ты глядишь на мир, как песчинка в реке,

Ты не видишь, где ты и кто ты.

Бесконечно мал, только в правой руке

Ты сожмешь рукоять сковородки!

И я с целым миром вопросов, как шторм,

Налетающих снова и снова,

Расстаюсь, поскольку один все ж решен:

Ведь оладьи мои готовы!

И я гимн оладьям пою в пустоте,

Рассекаю пространство, летая

На планете, преданной желтой звезде…

И во рту все сомнения тают.

 

Супергерой

Он – несчастный герой,

Это супергерой,

Воплощение личной трагедии:

Он ужасно, до боли

Доволен собой.

Вы мне верите? Ну, поверите.

По утрам от зеркал отрываясь с трудом,

Причитает, идя на подвиги:

«Ах, зачем я, зачем настолько крутой

В этом жанре супергероики?»

Он боится не смерти – она сойдет,

Если только достаточно пафосна;

Он боится, что в нем героизм умрет,

Без красиво взятого ракурса;

Что в газетах вдруг испоганят его

На тех фотках к статье о подвиге;

Или что, побеждая зло,

Будет – ужас! – прическа немодною.

Спать ложась, он с болью осознает,

Как прекрасен для мира этого,

Как он взглядом злодеев, конечно, убьет

(Слишком легкими стали победы бы);

Как его покалечить могли и надрать

Героически-стильную задницу,

И как вынужден он, увы, разбивать

Сердце всем, потому что всем нравится…

Он – несчастный герой,

Безнадежно он крут,

Подыхая от собственной классности,

Потому что он –

Тайну выскажем тут! –

Сам себе безответно нравится!

Человек-чай

Джонс работает в крупном офисе.

А второе имя Джонса – человек-чай.

Джонс не скрывает своих способностей.

Это вызывает недоумение у многих, кто приезжает в наш край.

Действительно, сотрудники Джонса

Давно перестали тратиться на заварку и кипяток.

Это у них давно решенные вопросы,

И спрос на Джонса в офисе очень высок.

Джонс раньше работал там обычным клерком,

Но когда он выпил чай из банки, облученной радиацией,

Он стал, по городским меркам,

Самой настоящей сенсацией.

Джонс может пулять чаем из пальцев прямо в кружки,

На радость тем, кто их подставит.

Он может взрываться чаем и пускать изо рта, как из пушки,

Комья заварки, чтобы сражаться с врагами.

Правда, врагов у Джонса нет:

Он наливает чай всем, кто вежливо попросит.

Это весьма странный пример,

Особенно для потенциального супергероя.

Но наш Джонс – убежденный пацифист,

Это знает каждый в окрУге.

Он и душой-то кристально чист,

И вам не найти лучше парня, с кем выпить по кружке.

В общем, как бы там ни было, а Джонс отказался и от премии,

Хотя теперь работает и за чайник;

Он считает, что не заслуживает особого почтения,

Потому как получил способности случайно.

Нет, Джонс не работает нигде, кроме своего офиса,

Но он и так служит на благо общества.

У него нет личной трагедии, и ничто не кроется

За его личностью, которую знают все, кто хочет.

Про него никогда не снимут популярное кинцо,

Но в этом тоже свои плюсы:

Джонс никогда не будет скрывать свое лицо,

Джонс – парень, открытый всем людям.

Он не герой, но сумел сохранить Джонса, знакомого нам.

На него не будут вешаться девицы –

Хотя бы потому, что человек-чай Джонс давно женат.

И счастлив так, как многим в наше время не снится.

Герой нашей современности

Вы взглянете в его глаза
И увидите средоточие всех пафосных девизов –
Пока другие убегают от его крутости в слезах,
Он
Бросает
Вам
Вызов.
Посмотрите на его накачанные плечи!
А эти ноздри, которые как у быка и которые он тоже, вероятно, качал?
В нем одном – все самое мощное человечье,
В нем – маскулинное начало начал.
Посмотрите, как он молнии метает из глаз!
Наверное, поэтому он носит темные очки большую часть времени –
Он так заботится о простых людях, о нас!
Даже у его «Лады» стекла наглухо тонированы для нашего спасения!
Он царь всех гор, покоритель вершин и король дорог!
Он не забывает следить не только за формой, но и за стилем:
Мало того, что не пропускает дни ног,
Так еще и купил к своему планшетнику стилус.
Все дамы от него без ума!
И он это знает в совершенстве, наверное, даже учил фразу наизусть:
Слегка снисходительно улыбается, глядя на нас,
Отворачивается – девушки падают в обморок в блаженстве, а парни – завидуют пусть!
Ну кто не смотрел фильмов про супергероев?
Он – воплощение тамошней крутости и пафоса!
Только он не спасает город, и не носит трико, и
Разве что героически обновляет статусы.

Вкусный цвет

Еще неделю назад взрыв разнес их лабораторию. Он выглядел эпично, настолько, что Сашу с трудом увели оттуда. Она порывалась вернуться и взорвать еще что-нибудь.

Но сейчас, к счастью, все было позади. Ремонт они делали каждый день все вместе, вернувшись после школы, а свои безумные эксперименты проводили в квартире техника. В среду у них состоялось воздушное чаепитие, а к вечеру они все-таки совершили внезапную посадку. Больше всех повезло Ди: в тот момент она зависла как раз над кроватью.

Теперь можно было выносить вещи из дома и нести их обратно в восстановленное помещение с белыми стенами. Неутомимая троица как раз собирала все, что находилось на временном хранении среди учебников и чертежей техника.

– Ди, передай мне, пожалуйста, вон ту штуковину, – попросила Саша. Диана никак не отреагировала: она была в наушниках.

Подруга вздохнула и пошла в сторону штуковины сама. Та представляла собой переделанный раннесоветский телевизор. Правда, во что переделанный, было неясно.

Техник копался в коробке с чертежами.

– Взгляните, девчонки, – позвал он, достав и развернув один из них. Его радостное выражение лица уже настораживало.

Саша подошла, ухнув, опустила модифицированный телевизор на пол и заглянула в чертеж. Он был подробный, ясный, крупный – словом, деталька к детальке, еще и с пояснениями. Ди подтянулась к ним и тоже уставилась в лист.

– Нет, – через некоторое время вздохнула она, – твой проект робота-парикмахера никуда не годится.

– Это почему? – обиделся техник.

– Серьезно, не придумывай ничего самостоятельно, – хихикнула Саша.

– Почему-у? – протянул парень басом.

Ди хмыкнула.

– Хотя бы потому, что «мелирование» это не одно и то же с «посыпать мелом». Поэтому измельчитель мела ему ни к чему.

– Приятель, я не хочу тебя обидеть, – хлопнула Саша его по плечу, – но в средневековой Европе твои таланты пригодились бы больше.

– Почему?!

– Почему да почему! Первоклассный инквизитор из тебя бы вышел! А серьезно: ни одна женщина близко к такому роботу не подойдет. Эти огромные ножницы! А эти спиралевидные… фиговины! Господи, да для чего они вообще парикмахеру?!

Она выдернула чертеж из его рук, скомкала и, зашвырнув в коробку с надписью «Ненужная фигня. Выкинуть!!!», вернулась к телевизорообразной штуковине.

– Эй! – воскликнул парень. Он подбежал к коробке, извлек чертеж и расправил его. – Я потратил на него всю неделю! Вам, девушкам, не угодишь!

– От тебя требуется просто прислушиваться к нам. И профит в виде прекрасных изобретений обеспечен, – пожала плечами Диана. – Без самодеятельности.

– Но они все равно взрываются, как с вами, так и без вас! – воздел руки к небу техник.

– А это бывает, когда самодеятельность подключается! – пропыхтела Саша, снова поднимая странную телевизороподобную штуковину.

Техник нахмурился.

– Я могу вам вообще не помогать! Хоть чуточку уважения бы проявила!

– На здоровье, найдем другого гения, – усмехнулась Саша. – Гениев нынче много развелось, особенно непризнанных. А вот ты – других добровольцев для испытаний и авторов нормальных идей?

– Легко, – буркнул парень.

– …Которые не сбегут после первого же раза?

Техник фыркнул и промолчал, чуть ли не ныряя с головой в корзину с чертежами.

– Ди, а Ди? – позвала Саша. Ей очень хотелось сострить насчет этого странного переделанного телевизора, который, очевидно, должен поджаривать мозг зрителя самыми зажигательными передачами, но Ди не ответила. Она слушала музыку. Музыку! Как всегда!

– Эй, да ты вообще хоть что-нибудь слышишь?! – вскричала девушка.

– Что? – сказала Ди, выдергивая наушник.

– А, забудь! Ты меня не слушаешь! – обиженно сказала Саша. – Я вообще-то твой друг, обрати хоть чуточку внимания, когда я говорю!

– А ты не слушаешь ту музыку, что я тебе скидываю, – заметила Ди. – Но я же не жалуюсь – как раз потому, что ты друг.

– Кстати, ты мою музыку тоже не слушаешь! А от твоей у меня в глазах желтые треугольнички пляшут!

– Значит, вот как? Вы, мадам, сегодня что-то не в духе, – сказала Ди. – Сходите послушайте что-нибудь любимое и грохочущее из вашего плейлиста – может, станет лучше! А мы тут спокойно разберем коробки.

– Ничего оно не грохочущее! Ты мелодию не чувствуешь! Потому что привыкла, что в твоих вообще нет мелодии, а есть одна сплошная скука! – огрызнулась Саша. Ди демонстративно вставила наушник в ухо и отвернулась к разбираемой коробке.

– Я не думал, что вы так легко ссоритесь, – сказал техник.

– А ты вообще помалкивай! – рявкнула Саша.

На самом деле, это был просто прекрасный день для ссоры. Как к месту раздор во время любых сборов и ремонтов, так и здесь он идеально подошел, чтобы сделать работу нескучной. Личные разногласия тут были ни при чем.

Но техник думал иначе. Он решил, что ссора эта – совершенно серьезная.

– Значит, так, – сказал он сердито. – Пошли обе прочь из моей квартиры! Не хочу слышать ни ваших перепалок, ни едких уколов в свой адрес! ПРОЧЬ! – крикнул он так, что даже Ди услышала и недоумевающе обернулась.

Саша стояла и смотрела на него, но вовсе не ужасаясь и не делая виноватый вид, чего он ожидал, а даже с каким-то умилением.

– Зацени, Ди, этот ботаник пытается поступить по-мужски и взять все в свои руки! Как трогательно!

Она смахнула фальшивую слезу.

– Это его первые шаги в брутальности! Какой момент нам выпало наблюдать! Давай, ботаник, жги! – сказала она.

И «ботаник» с непередаваемой гаммой эмоций на лице, состоявшей из ярости, удивления наглости девушки, отвращения и недоумения, молча выставил обеих за дверь своей квартиры.

– Как это мило! – снова воскликнула Саша, уже стоя на лестничной клетке.

– Ох, ты серьезно? Серьезно? Мы с ним только что поссорились вообще-то! – вскричала Ди. Она даже достала наушники. – Твои глупые шуточки нас всех уже раздражают, иногда болтовня и кривляния неуместны!

– Но в большинстве случаев… – воодушевленно начала Саша.

– Хватит! – Диана вставила наушники обратно и начала быстро спускаться. Через пролет она обернулась. – Я больше не могу выносить твои приколы, это становится уже не смешным! Ты переходишь рамки! Так что разберись со своей патологической шутливостью, и только потом начинай общаться!

– Мне тоже твоя серьезность надоела, может! И музыка! Не кидай мне ее больше!

Ди уже спустилась и хлопнула подъездной дверью. Саша немного постояла на лестнице и тоже пошла вниз.

– Ах, какая замечательная ссора, – восхищенно прошептала она.

Впрочем, ссора оказалась не такой замечательной, какой она сочла ее сначала. Две девушки и парень не разговаривали друг с другом день, другой, третий, избегали друг друга в школе и не встречались после уроков. Такая серьезная ссора у них была впервые, и когда Саша поняла, что они молчат вовсе не из-за трепета перед спорщицкими качествами друг друга и еще не прошедшего немого восхищения впечатляющей ссорой, а совсем по другой причине, она поникла духом.

Кроме того, все чудесные, безумные и героические идеи куда-то исчезли, когда друзья ушли из жизни и закрыли за собой дверь… И в один вечер она решилась на отчаянный шаг.

Ди взяла трубку быстро.

– Ну что? – спросила она, пытаясь придать голосу холодности. Но Саша различила в нем нотки печали.

– Ди, прости меня, – виновато начала она. – Мы не должны были ругаться… Без вас двоих мне очень-очень плохо. Я знаю, что со мной плохо вам… но вы уж постарайтесь меня немножко потерпеть, потому что без вас у меня кончаются идеи, и я думала, что сделать сегодня, а получился только салат из макарон… – Кажется, получалось совсем не то, что она хотела сказать. Но, к ее удивлению, Ди на том конце провода ответила.

– Да и мне тоже скучновато без твоей болтовни. Я погорячилась тогда… что там про большинство случаев? Так вот, я подумала – и легче терпеть тебя в меньшинстве случаев, когда шутки неуместны, чем не слышать их, когда они нужны. Прости.

– Нет, это ты меня прости! Твоя музыка, может, она и неплохая, но для тебя, а не для меня, потому что о вкусах не спорят… – скороговоркой начала она.

– Ты уже говорила с ним? – перебила Ди. Саша поняла, с кем.

– Еще нет.

– Я тоже! – взволнованно ахнула подруга. – Это же катастрофа! Наверняка он еще сидит и дуется! Срочно идем мириться!

– Встретимся возле его подъезда! – подхватила Саша. – До встречи!

Она положила трубку и начала собираться. Мысли в голове плясали. Ура! Ура! С Ди помирились! Дело за малым!

Встретившись у подъезда, девушки переглянулись и молча кивнули друг другу. Они вместе стали подниматься и, достигнув двери друга, обе замерли, прежде чем позвонить, собираясь с духом. Наконец Ди нажала кнопку звонка.

Открыли через полминуты, когда обе девушки уже подумали, что дома никого нет.

На пороге стоял он.

Его тусклый взгляд был еще тусклее, чем обычно; на руках не было перчаток, на лице не было хотя бы защитной маски, а на голове – шлема, каски, ушанки или кепки; на нем не было фартука, бронежилета, костюма химзащиты или крутого экзоскелета; обут он был в самые тривиальные домашние тапочки. В общем, он больше не выглядел как техник, а выглядел как обычный худой несимпатичный парень в поношенной домашней одежде. И обе девушки даже нашли эту его внешность нормальной!

– Это не нормально, – сразу шепнула Диана подруге.

Подслеповато щурясь (он ведь был даже без своих очков!) техник, который перестал казаться самим собой, спросил:

– Зачем вы пришли?

Слова прозвучали немного грубо, но подруги проглотили это.

– Мы хотим помириться, – заявила Саша. – Прости нас… ну, меня, зато, что мы тебе устроили, что я на тебя накричала, и мои подколы тоже прости. Я подумала о своем поведении! Мне плохо! Диана вообще была ни при чем! Когда мы уже снова пойдем изобретать??

– Оно вам надо? – спросил парень. – Вы серьезно? Вам нужен именно я, а не кто-то другой? Гениев сейчас полно. Найдите себе подходящего.

Он поморщился, а в его взгляде читалась тоска.

– Прости-прости-прости нас! – жалостливо протянула Саша. Она полезла обниматься, но их бывший техник отстранился.

– Серьезно? Это ты мне говоришь? Странно, что ты вообще здесь. Ведь ты даже не помнишь моего имени! Даже Диана помнит! И не надо закатывать глаза, я прав!

– Обещаю, я вспомню его! – сказала Саша. – Диана мне напомнит! Правда, Диана?

Вместо ответа Диана услужливо напомнила.

– Вот видишь! Наш коллективный разум помнит тебя! И нам нужен именно ты, потому что остальные гении…

– Слишком заносчивые, занудные, просят денег, дают денег, не нашего возраста, не нашего вида и вообще не с Земли, не дают денег, когда их просят, не любят котят, не любят щенков; не едят лапшу из фаст-фудов, придумывают тупые отговорки, влюбляются в нас; влюбляются не в нас и начинают жить своей жизнью; называют идеи безумием, а безумие – идеями; либо они гении и полностью подходят, если только не одно но – они злобные… – Ди перечисляла, загибая пальцы, а когда свои кончились, она взяла руку Саши и начала загибать их на ее руке. Та была не против, но выглядела чуточку удивленной.

– Откуда у тебя такой богатый опыт общения с гениями? – спросила Саша.

– Половина перечисленных случаев была встречена, пока мы искали нашего техника. Вторую половину я придумала, добавив ее во фразу так, чтобы она выглядела колоритной, правдоподобной и художественно завершенной – так, чтобы она хорошо смотрелась в напечатанном тексте и вызывала непроизвольные сокращения нижних лицевых мышц.

– С каких пор ты так говоришь? – снова удивилась подруга.

Раздалось покашливание. Техник выжидающе смотрел на них, сложив руки на груди.

– Ах да! – спохватилась Саша. – В общем, ты нам очень нужен, потому что ты лучше всех остальных гениев, а без тебя мы не можем!

Он вдруг печально вздохнул и опустил голову.

– Я без вас тоже не могу, – признался он. – Нехорошо я вас тогда выгнал… Но вы же меня уже простили? Я пытался что-то делать, но ничего не получалось, расстроился и не был в лаборатории уже кучу дней…

– Так пойдемте же туда скорее все вместе и что-нибудь соорудим! – радостно воскликнула Саша.

– У меня уже чешутся руки! – развеселился парень.

– Обнима-а-ашки?

Диане и технику пришлось подчиниться, чтобы не портить момент.

Счастливые помирившиеся друзья отправились в лабораторию, по пути болтая о событиях за последние дни, когда они не общались.

– Я заплела двенадцать косичек из косичек!

– Я посмотрела три боевика за один вечер!

– Я купил носки!

– Ого! Не может быть! – хором протянули подруги.

– Главное, не потерять их снова, – задумчиво сказал техник.

– Это как мы, я поняла! – сказала Саша. – Мы три носка, которые всегда должны быть вместе! Друг без друга мы ничто!

– Носка? Три? – подняла бровь Ди.

– Инопланетянских! Одна нога для прыганья, вторая для беганья, а третья для пинания!

– Удобно им! – хихикнула подруга.

– Но это же ассиметрично! – возразил техник. – Все позвоночные обладают симметричным строением скелета, и…

– Зану-у-да, – снова в один голос сказали подруги и беззлобно рассмеялись. Парень тоже улыбнулся.

Так, весело разговаривая, они дошли до лаборатории. Но, к удивлению всех троих, дверь туда оказалась открыта.

– Ой-ой! В нашу только что отремонтированную совершенно пустую лабораторию с голыми белыми стенами проникли воры! – воскликнула Саша.

– Это очень печально! – тоже забеспокоилась Ди. – Ведь они там ничего не найдут и уйдут грустными!

Только техник выглядел по-настоящему взволнованным.

– На самом деле, я перетаскал туда все один, так что она не пуста!

– Ой-ой.

Они прошли внутрь, и увидели своих непрошеных гостей.

– Эй! Гости! Как вы сюда попали, я же закрывал дверь! – закричал техник.

– Гы-гы, – сказал один гость, на чьих штанах были самые растянутые коленки. – Ты че как лох?

Гости сидели на кортах на полу и лузгали семечки. Гостей было трое. Все они были одеты в спортивные костюмы и кепки, один гость был без передних зубов.

– Рвыщфылгыбры, дай семки! – сказал второй гость. Тот, кого он назвал этим странным именем, передал ему пакет.

Один вид этих гостей, похоже, раздражал техника. Он весь покраснел, и его глаза метали гром и молнии сквозь надетые перед выходом очки. Да, это были специальные очки с функцией ретрансляции эмоций в голографическую картинку погоды, меняющуюся в зависимости от настроения. Например, пока друзья шли по улице, очки транслировали безоблачный солнечный день. Относительно недавнее изобретение троицы, которое, на удивление, еще не успело взорваться.

– Он сейчас опять начнет включать режим крутого ботана, – шепнула Саша подруге на ухо, с восхищением глядя на парня.

– Вы!! – сказал техник угрожающим тоном.

– Он и правда это делает, – шепотом умилилась Саша.

– Вы!! – повторил он еще более грозно. – Вы!!!

– Он вообще будет продолжать? – шепотом спросила Диана.

– Не знаю! Смотри и увидишь! Я видела действующего крутого ботана только один раз, но он молчал! Так что не в курсе, что они говорят в таких случаях, – так же шепотом ответила Саша.

– Мы, – меланхолично сказал один из гостей в кепке с самым большим козырьком и Громко И Нагло Разгрыз Семечку!

– Вы – не интеллигентные, не одаренные большим умом, бескультурные, неряшливые и невежливые! – вскричал техник. Очки транслировали грозу и ураган. – Кто вы вообще и что тут делаете?!

– Он что, не знает слова «гопники»? – тихо спросила Саша. Диана пожала плечами.

– Мы хаваем семки! Мы мимикрируем под внешность и поведение землян! – гордо объявил один из гостей.

– Да! Мы пришельцы, а это место нашего пришествия! Йоу. Теперь это наше помещение! Убирайтесь в свой район! – сказал другой, и все трое загоготали.

– Инопланетяне???! – восхищенно вскричала Саша. – Потрясно! А где у вас третьи ноги?

Ди приложила руку к лицу и покачала головой.

– Валите отсюдова, а то мы ща вам такую ногу покажем! – взоржал один инопланетянин и плюнул в девушку шкуркой семечки.

– А правда, что ваша слюна состоит из кислоты? – оживилась Саша. Диана насилу оттащила подругу в сторону выхода. Техник еще пару секунд метал гром и молнии, но вдруг они сменились мрачным ливнем. Он развернулся и покинул лабораторию. Гости улюлюкали им вслед и кричали «Давайте до свидания!»

– Что же делать! Мы ее потеряли! – горестно произнес он. – Наша новенькая, отремонтированная, чистая и еще не взорванная лаборатория…

– Они инопланетяне! – восхищенно шептала Саша, глядя куда-то вверх.

– Они мимикрировали под землян, – сказала Ди. – Похоже, что под первых встреченных землян… Кажется, мне стыдно за Землю. Как они агрессивно себя вели!

– Он плюнул в меня своей кислотой, это неприемлемо! – закивала Саша. – Но вы зря меня увели, он обещал показать…

– Поверь, ты не захотела бы этого видеть, – перебила ее Диана.

– Что же делать, что же нам делать! – схватился за голову техник.

– Бороться! – провозгласила Саша. – И побеждать! Но сначала мне надо выгулять собаку.

– Что ж, пошли-и, – безрадостно протянул парень. – Моя лаборатория!! Все наше оборудование!

Он закрыл лицо руками.

– Не плачь. Не плачь. – Ди покровительственно похлопала его по спине.

– Но наши крутые высокотехнологичные супер-опасные игрушки, – пожаловался он.

– Мы их все вернем! – пообещала Саша.

 

Они зашли за Энькой и теперь гуляли.

– Ну, какие будут идеи? – спросила Ди.

– Натравить на них Эньку! – радостно прорычала Саша.

– Построить еще одну лабораторию? – робко предположил техник, выпятив губу, словно собирался разреветься.

– Найти настоящих гопников и попросить их помочь нам!

– Ага, они только объединятся с себе подобными, – проныл парень.

– Тогда – закидать их твоими отвертками!

– Отвертки тоже в лаборато-о-ории! – протянул он жалостливо.

– Закидать их моим салатом из макарон??

– Они слишком мя-я-ягкие!

– Притвориться неформалами! Неформалы – враги гопников!

– Да, только это их обычно бьют, – заметила Диана.

– А мы притворимся крутыми неформалами! Панками! Или байкерами! Или байкерами-панками!

– Такие вообще бывают? – удивилась Ди.

– О чем ты! Если существуют мимикрирующие инопланетяне с тремя ногами…

– Все, все, хорошо, я поняла, – согласилась девушка.

– От притворства у меня мускулы не вырастут! – плаксиво сказал техник.

– А ты изобрети машину для их наращивания!

– Все оборудование в лаборато-о-ории!

– Да ты хоть прекратишь ныть?! – воскликнула Саша. – Ты хуже Эньки, выпрашивающего чего-бы-быстро-сожрать!

– Вообще-то, если бы вы тогда не устроили эту ссору, то мы бы провели эти дни в лаборатории и не сдали ее без боя!

– Ах, это мы, значит, виноваты? – вскипела девушка.

– Да, вы! – зло крикнул техник. – Мое обору-у-у-у-удование! – снова заныл он.

Ди смотрела на них, и поняла, что проблему надо быстро решать, иначе все они снова поссорятся. Она быстро выдернула штекер наушников из телефона, и музыка полилась из динамиков.

Она было спокойная, но живая, необычная, притягивающая и даже гипнотизирующая. Оба спорщика тут же повернулись на ее звуки.

– Ого! – восхищенно сказала Саша. – Так ты это слушаешь все время?

– Понятно, как ты всегда сохраняешь самообладание! – сказал техник.

– Саш, тебе стоит чаще пропускать то, что я скидываю, и тогда ты будешь еще не так удивлена! – улыбнулась Диана.

– Обещаю, я больше не пропущу мимо ушей ни одного твоего трека! – воскликнула подруга. – У меня теперь даже появилась идея. Ди, может, мы опробуем твою волшебно-умиротворяющую музыку на наших инопланетных гостях?

Так они и решили. Заведя домой собаку и проверив заряд Дианиного телефона, они направились к лаборатории. Даже техник успокоился и выглядел не таким понурым. Интерес к грядущему эксперименту зажег блеск в его глазах.

Без лишних слов друзья вошли внутрь, и Диана включила трек. Инопланетяне не успели ничего сказать им при входе, а теперь, слушая, молчали и менялись в лицах. Саша тоже наслаждалась, звучанием инструментальной мелодии.

Трек закончился. Гоповатые инопланетяне сидели с выражением глубокой мысли на лицах, которое диссонировало с их костюмами и пакетом семечек.

– Клевый музон! – наконец проронил один из них.

– Он открывает самую душу, – смахивая слезу, проговорил второй.

– Мы не знали, что на Земле есть другая музыка, кроме репчика! – добавил третий.

– Эта мелодия заставила нас понять все, – сказал инопланетянин. – Простите нас!

Он встал. Ди торжествующе переглянулась с друзьями.

– Мы хотели всего-то влиться в земное общество. Мы просканировали местность, нашли пустующее жилье и открыли дверь межгалактической отмычкой. И выполнили полное копирование первых встреченных особей.

– Это заметно, – сказала Саша.

– Ну и культура у наших соотечественников, – пробормотала Ди. – Даже перед инопланетянами стыдно.

– Ничего! Мы их быстренько отучим от сленга и научим говорить по-французски, раз им твоя музыка нравится!

– Вы ведь теперь отдадите нашу лабораторию? – с надеждой спросил техник.

– Конечно! – закивал самый беззубый. – Только включите еще этой музыки, пожалуйста!

– А не так уж она и плоха, если перевоспитала инопланетян, косящих под гопников! – отметила Саша.

– Да что вы! Это самые прекрасные звуки, что мы слышали! – сказал инопланетянин.

– И вам еще много прекрасного предстоит услышать! – заверила Диана.

Через минуту они сидели в обнимку с инопланетянами и слушали космически-затягивающие, виртуозно-электронные и инструментальные треки вперемешку с мелодичными и французскими песнями с запоминающимся вокалом.

– Какой сегодня прекрасный день! – сказала Саша. – Мы помирились не только друг с другом, но и с инопланетянами!

– Кстати, если тебе не нравится моя музыка, можешь не слушать, – миролюбиво улыбнулась Диана. – На вкус и цвет товарища нет!

– Что ты! У тебя она действительно вкусная, и теперь я наоборот ее всю скачаю!

– А можете, пожалуйста, включить еще раз вот эту про «Желтый сыр»? – вежливо попросил один инопланетянин.

– Она называется «J’ai lassé»! – хохотнула Диана. – Конечно, могу!

– Спасибо! – сказал инопланетянин и в благодарность скопировал внешность Дианы.

– Мне тоже нравится! – объявила Саша. – Ух ты! Какие вы одинаковые!

Только техник сидел в сторонке, потому что не любил спокойной музыки. Он достал собственные наушники и слушал то, что ему нравилось. Но к нему вскоре подошел один из инопланетян и попросил наушник.

– Я так устал от этих сонных мелодий, – сказал он.

– Да, конечно, держи, – ответил техник.

Инопланетянин на пару секунд завис, а потом одобрительно закивал.

– Вот это я называю настоящей музыкой! Так похоже на ту, что у нас дома! Как это называется у вас на Земле?

– Дабстеп, – ответил техник, довольный, что хоть кому-то понравилось. Инопланетянин с наслаждением слушал еще две минуты до конца трека, а потом задумчиво произнес:

– Знаешь, я думаю, мы не будем захватывать вас, мимикрировав под ваших основных политических деятелей и установив свои порядки. Думаю, я полечу домой – что-то я так соскучился по звукам дома! Твоя музыка напомнила мне их. Но она ничуть не хуже! Ты ведь изобретатель? Можешь изобрести носитель, на котором я мог бы унести эту музыку с собой и передать на свою домашнюю вычислительно-развлекательную машину? Я был бы очень благодарен.

Техник слушал его с открытым ртом.

– Стоп-стоп-стоп. А вы что, собирались нас захватывать??

– Ну, я уже передумал. Думаю, они тоже, – он кивнул в сторону двух других инопланетян. Оба скопировали внешность Дианы, и теперь три одинаковых девушки (и одна неодинаковая) сидели рядком.

– О превеликие макароны, – тихо и ошарашенно пробормотал техник. – Выходит, мы только что спасли Землю?

– Ну, для вас это так, – поскучнел инопланетянин. – Но это ведь совсем не важно! Так ты сделаешь носитель?

– Для вас – что угодно, мои дорогие меломаны, – ответил побледневший техник, слишком уж широко улыбаясь и чересчур энергично пожимая его руку.

Сейчас он был настолько счастлив, что его радости хватило бы на все семь с гаком миллиардов землян.

Любитель выпить… чаю

Один мой знакомый – он был англичанин –

Повсюду с собою брал чашечку чая.

Характер имел он спокойный на диво,

А на голове возвышался цилиндр.

Он очень любил разъезжать в электричке

И чайник в дорогу он брал по привычке.

И, чай доливая себе из запаса,

При тряске являл он феномен баланса.

Он чая не пролил, представьте, ни разу,

Хоть поезд ходил ходуном, по рассказам.

Он чай пил в театре во время антрактов;

В цилиндре носил кипяток и заварку,

И на рок-концертах излюбленной группы

Он с чаем, что странно, не выглядел глупо.

Он с чаем ходил подстригаться и бриться,

Он в банке пил чай под улыбки на лицах,

Он с чаем являлся, гуляя, на площадь

И с чаем – внезапно – садился на лошадь…

Он шел с неохотой в кафе, где нет чая,

Но свой кипяток и свой чай выручали.

И даже есть слух, что, в любви признаваясь,

Не выпустил чашки из рук наш британец.

Он как-то без чая остался на сутки.

Нет-нет, он не ныл ни единой минутки;

За весь этот день он и брови не поднял,

Всегда оставаясь на диво спокойным.

Но только он снова добрался до чая,

Весь месяц без чашки его не встречали.

Он плохо не кончил, не стоит пугаться:

Сейчас он владеет одной из плантаций.

Он утром, проснувшись, выходит из дома,

Глядит на чудесные виды Цейлона,

Заварит чаек – и сидит, попивает…

И счастлив он! Счастлив! Вот так вот бывает.

А вам, мой читатель, хватило б для счастья

Лишь утренней чашечки вкусного чая?